Пятница, 21.07.2017, 05:34
Главная | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 4«1234
Дом Культуры » Авторские студии » В гостях у Хагги » Повести и романы » Дьявольский роман (Последняя редакция)
Дьявольский роман
ХаггаДата: Суббота, 29.04.2017, 17:45 | Сообщение # 91
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
ДВОР ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ КЛИНИКИ «ОЛИМП»

... – Я продолжаю вести наш репортаж уже с территории клиники «Олимп». Надеюсь, нам удастся расследовать,
что же такого конфиденциального таится в этом странном месте, – проговорил на
ходу Вениамин и после кивка Зигзагова опустил микрофон.
Территория «Олимпа» выглядела этаким ухоженным парком. В зимнее время, конечно, зелени
никакой, но аллеи высоких деревьев и аккуратные кустики создавали прекрасную
атмосферу для неокрепших после процедур душ. Разбросанные тут и там беседки,
лавочки и скамейки наверняка были забиты летом теми, кто лечил здесь мозги и
психику. Вениамин, оглядев пейзаж, решил подобраться поближе к зданию. В метрах
пятидесяти, как раз под огромными окнами первого этажа, виднелась поляна, на
которой в хаотичном порядке были разбросаны камни разных размеров.
- Пошли туда! – скомандовал Шуткин. – Может, через стекло что-нибудь снимем.
- Угу, – согласился Пётр, как тут окно с диким звоном рассыпалось, и оттуда вывалился
человек.
- Быстрей! – опомнилась Лизка Трунькина и посайгачила к месту падения мужчины в серой робе.
Шуткин тоже сконцентрировался:
- Етит вашу налево! – воскликнул он, всматриваясь в копошащийся средь камней силует. - Это
ж наш Пыжик!!!
Терентий Ральфович, извозившись в грязи, поднялся навстречу представителям прессы.
- Быстрей!!! В поход!!! Господь зовёт!!! – крикнул он им.
- Снимай!!! – орал на бегу Вениамин.
- Угу! – мычал в ответ Пётр.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ ЛЕЧЕБНИЦА «ОЛИМП». КАБИНЕТ АБРАМСОНА.

Взмыленный Боря распахнул дверь в кабинет главврача и сразу услышал методичные, глухие звуки: «Джекки Чан» долбил
кулачищем в смежную стену. «Далай Лама», устроившись на стульчике для
посетителей, мило беседовал по телефону. В кресле Абрамсона сидел «Мао Дзе Дун»
и просматривал карточки пациентов:
- А римский император Калигула, оказывается, шизоид-бисексуал!!! – захихикал «Мао».
- Конечно, куда денешься, если воспитывался в военном лагере среди солдат...
- Бум, бум, бум! – работал «Джекки».
- Нет, достопочтенный... – пел в телефонную трубку «Далай Лама», - у меня
сейчас как раз одновременное прекращение волнения дхарм... Ага. Нирвана... Куда
идти?
Козликов растерялся: присутствие громилы, долбящего стены, подсказывало, что
вырывать трубку у «Далай Ламы» не следует.
- Китайский блин! – донеслось из кресла главврача. - И Геббельс - дурак на всю
голову! С кем живём?! – восклицал «Мао», листая медицинскую карту «арийца».
«Лама»набрал следущий номер:
- Алло, алло... Диагностика кармы... – пропел он в трубку. - Кто я? С Тибета
мы... Короче, вот чего хотел сказать... Куда идти? Нет... Мне туда не надо...
Только бессмертная человеческая душа участвует в колесе сансары...
«Лама» опять не успел договорить: трубку бросили. Но он не расстерялся и в
очередной раз набрал случайные цифры на панели телефона.
«Как же их выкурить отсюда?» - лихорадочно думал Козликов, барабаня пальцами по
косяку двери. «Китайцы» не обращали на него внимания.
«Раб Боря! - шепнул голос Повелителя.- Я ненадолго вернулся...»
- Не мешай мне, - тоже прошептал Козликов, - я думаю...
«Действуй, как макака Пыжиковский! С Божьей помощью...» - яростно шипел Сатана, но Боря уже всё понял:
- Князь! Ты гений!!!
«Не то слово... Не знаю уже, куда умище девать...»
- Алё? Хочу предложить содействие в удачном перерождении вашей души. Могу
всё... С Тибета мы... В задний проход? Зачем?
- Сталин - параноик и шиза, Берия - такой же, соседи-историки, все, как один...
Какой отвратительный фен-шуй в нашем доме!
Боря наконец-то вмешался:
- А Сталин вообще сказал, что вы, Мао, шизоид-орнитолог...
- Это наш Йося так выпендрился? – выкатил базедовы глаза «китайский вождь».
- На Далай Ламу вашего Геббельс давно зуб точит... Хочет проверить, как он
переродится, когда выкушает его супер яд, – продолжал Козликов. - А мартышку-Чана
Невский обещался одной палицей завалить... С пол-пинка...
«Мао» решительно поднялся, «Джекки» перестал долбить стенку и понуро двинулся к
вождю, «Далай Лама» в очередной раз отказался куда-то идти и аккуратно положил
трубку на стол.
Как только чинная «китайская» процессия вышла за дверь, Боря схватился за
телефон. В трубке истерично орала дамочка:
- Если ты ещё раз позвонишь, долбанутый псих, я на тебя ОМОН натравлю!!!
- Это то, что нужно, гражданочка!!! – радостно завопил писатель Козликов и услужливо
продиктовал адрес клиники «Олимп».
Потом, на всякий случай, сделал парочку контрольных звонков: по 03 и вМЧС.

САД  КАМНЕЙ НА ТЕРРИТОРИИ КЛИНИКИ «ОЛИМП»

- Канал «БТР», программа «Замочная скважина», сплетни, скандалы, расследования! – Гаркнул запыхавшийся
Вениамин.
Пыжиковский вытянулся, сложил руки за спину и прикрыл глаза. Слушаю, мол...
- Терентий Ральфович, раскройте тайну! Почему вы здесь и где вы были раньше? – отчеканил
спецкор и ткнул микрофон под нос Пыжиковского.
- Чижик-пыжик, где ты был? – ухмыльнулась в сторону Лизка Трунькина.
- Почему я здесь? – переспросил грязный Терентий и воздел руки к небу:
- Послан Господом нашим! Миссия общечеловеческого масштаба! Я теперь Президент планеты Земля. В
данный судьбоносный момент подавляю антихристов в отдельно взятом регионе.
У Лизки вывалилась изо рта сигарка. Вениамин застыл с глупой улыбкой. Пётр снимал...
- Где я был раньше? – опять переспросил Пыжиковский. - Искал мудрость. Потом отца. Нашёл сразу и
всё вместе. Будь здоров, Отец мой! - взлетели ввысь руки Терентия. - Да не
отнимутся у тебя важные члены, да не затуманится твой ум лучезарный, пытливый,
юркий, да пусть завяжутся морскими узлами поганые языки тех, кто о тебе фигню
глаголет!!! Да сбудется сие! – проорал Пыжиковский и вдруг резко сунул нос к
уху спецкора:
- Я тут отлучусь на чуток. Божий глашатай должен контролировать процесс священной войны. Угумс?
- А.... – не успел ответить ошарашенный Вениамин, как тут из открытого окна донёсся шум битвы.
Зигзагов снимал летающие за окном тазы, кастрюли и подносы. «Ни фига себе!» -
подумал спецкор Шуткин и хотел было задать ещё один вопрос, но господин
Пыжиковский уже проворно взбирался на подоконник...

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». СТОЛОВАЯ.

-Тррррр-ие-е-еха-а-а!!! – завизжала с порога «татаро-монгольская орда» и
вбурилась в кучу-малу.
- Левый фланг!!! – орал «Геббельс». - Шайсе!!! Если опять завалите блицкриг...
Войско «Невского» кидалось кастрюлями и другими предметами кухонной утвари.
- Посторонись! – визжал дружине «князь Александр», метая в «Берию» солонку.
«Сталин», как истинный полководец, в битве физического участия не принимал и
стоял на столе рядом с «историками». Изредка подбегал Мокрухин, и «генералиссимус»
отдавал важные стратегические распоряжения.
«Чингисхан» со зверской мордой война-кочевника крушил всех подряд стулом-конём,
не забывая подсчитывать свои победы:
- Кирдык раз!!! Кирдык два!!!Кирдык три!!!
Обдолбанный «вермахт» своего начальника не слушал и, вытягивая пальцы в сторону
поверженных ханом пациентов, заливисто ржал.
«Берия» с огромной синей шишкой на лбу и качественным фингалом под левым глазом
координировал действия «Красной Армии»:
- Стоять насмерть!!! Кто побежит, сто лет лагерей и расстрел без права пере...
– огромная эмалированная кастрюля влепилась в затылок «наркома», прервав
воззвание. Уже падая, он мужественно закончил фразу:
- ... пи-и-ски... – и успокоился на кафельном полу под столом, соединив свои
глаза на переносице.
«Сталин» задымился по-настоящему, вырвал у «Карамзина» гроссбух с историческими
хрониками и метнул в «Невского». Князь, отчаянно ржавший над трупом «Берии»,
согнулся. Гроссбух пролетел мимо и нашёл другую жертву в виде ободранного лба Терентия
Ральфовича, чей силует только что показался в разбитом окне. «Божий сын» опять
неожиданно ушёл погулять в саду камней, так и не успев крикнуть что-нибудь
оптимистическое.
- Кирдык десять! Кирдык десять раз!!! Кирдык десять два!!!
Боря, оглядев батальную сцену, понял, что до ключей от боксов без ущерба для
здоровья пробраться не сможет.
«Что делать? Что делать?»
 
НессиДата: Суббота, 29.04.2017, 21:09 | Сообщение # 92
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Совсем психи разбушевались  alik  Вся надежда на Козликова.
 
ХаггаДата: Воскресенье, 30.04.2017, 17:28 | Сообщение # 93
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Цитата Несси ()
Вся надежда на Козликова.
 И он не подведёт)))
 
ХаггаДата: Воскресенье, 30.04.2017, 17:29 | Сообщение # 94
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». БОКС № 3.

... – Лёва! Он сейчас меня изнасилует! – шипела Глафира Аркадьевна, пока Писунков подкрадывался к
распластавшимся по двери бокса. - Сделайте что-нибудь!!!
- Глашенька, я в таком же положении! – шипел в ответ профессор. - Он у нас
бисексуал!!! Вы забыли?!
- Спокойно, спокойно! Сейчас всем будет приятно... – ласковым голосом пел
«Калигула».
Мечущийся по сторонам взгляд Глаши вдруг наткнулся на эмалированную «утку»,
использовавшуюся для нужд пациента бокса номер три.
- Лев Моисееич, - тихо прошептала она и скосила глаза на единственное оружие.
Главврач понимающе моргнул и, когда Писунков, растопырив конечности, прыгнул на
Глафиру Аркадьевну, Лев Моисеевич скаканул в сторону, схватил «утку» и со всего
маху опустил на голову «древнеримского маньяка», уже кусавшего ассистенку за
гарную грудь. От удара челюсти Писункова прилипли друг к другу намертво, и он,
сползая по бледной, как смерть, Глафире Аркадьевне, потянул зажатый в зубах
кусок халата. Главврач, сжав в судорожных объятиях «утку», и его ассистенка,
приложив руки к растерзанной груди, с огромными глазами пронаблюдали, как зубы
Калигулы с треском тянут за собой рвущуюся полоску белой материи.
Халат Глафиры Аркадьевны не подлежал ремонту. Тогда Лев Моисеевич растерзал
остатки медицинской униформы и, изобразив из полосок, оставшихся от халата,
верёвки, крепко связал руки и ноги «Калигулы»...
- Всё! – вытер он пот, и Глаша в очередной раз бросилась в порыве чувств
целовать профессора, как из замочной скважины донёсся глухой голос:
- Лев Моисееич! Лев Моисееич! Это я!!! Боря!!!
Профессор ухнул на колени перед дверью:
- Боря!!! Друг!!! Вызови милицию!!!
- Уже вызвал!!! В столовой побоище!!! Ключи от боксов у Бахтиярова! Я не могу к
нему подобраться!!!
Профессор обернулся к выставляющей ухо в сторону переговоров Глафире:
- Они там покалечат друг друга, пока доедут правохранительные органы...
Ассистенку озарило:
- Снотворное!!!
Лев Моисеевич не мог не поцеловать такую умную женщину:
- Глаша... Вы... Вы...
В душах двоих запели райские птицы, сладостное чувство заставило трепетать
сердца, тёплые волны гормонов покатились по телам...
- Лёв Моисеевич!!! Вы там?!! – орал в замочную скважину Боря Козликов. -
Ситуация выходит из-под контроля!!!
Влюблённые нехотя оторвались друг от друга.
- Боря! Иди в кабинет Глафиры Аркадьевны! Там около сотни одноразовых шприцов и
ампулы со снотворным!!! Вколи всем, кому сможешь!!!
- Есть! – радостно гавкнул Боря и полетел выполнять приказ.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». КОРИДОР ВТОРОГО ЭТАЖА ПЕРЕД ВХОДОМ В СТОЛОВУЮ.

... – Подождём... – зевнул «Мао», наблюдая в дверной проём за битвой титанов, - Кто в
живых останется, того и...
«Далай-Лама» играл в «угадайку», предсказывая кто в кого переродится после
того, как будет убит на поле брани в столовой. «Джекки Чан» скучал:
- Махаются, как дилетанты...
- Ребята! – подлетел к «китайцам» запыхавшийся Боря. - Нужна помощь...
«Мао» медленно развернулся к Козликову.
- Вы помогаете мне разгрести эту заварушку, а я убеждаю КПСС поддержать вашу
Компартию! – ляпнул Боря и зажмурился.
«Вот это ты загнул! - расхохотался вновь появившийся Повелитель. - Борь, милиция с ОМОНом летят на всех парах... Пережди».
- Смотри, чего здесь! – воскликнул Козликов, обозревая поле битвы, где уже несколько человек валялись под столами. - Нельзя ждать!
«Мао» отнёс Борин вскрик к себе лично и дал «Джекки Чану» отмашку. «Китайский» исполин
шагнул в столовую и уже через секунду опять появился в дверном проёме, держа за
шкирку ржущего «офицера СС»:
- Куда его?
Козликов радостно активизировался:
- Минутку! – и стал доставать из-за пазухи шприц. После медицинской процедуры «Джекки»
пинком под зад направил «немца» обратно.
Боря подогнал столик и разложил на нём своё гуманное «оружие». «Чан» то и дело
вылетал с пациентами в коридор, держал больных, пока Козликов изображал из себя
Айболита, и выпихивал получивших дозу в столовую. Конвейер работал слаженно и
быстро.
«Я тобой восхищаюсь, раб Боря! -гоготал Сатана. - Как будто всю жизнь в задницы иголки тыкал... Талант ты мой!»
- Предлагаю помощь в удачном перерождении вашей души... – приветствовал аждого «Далай-Лама». - Колесо сансары закрутится по моему приказу...
«Мао Дзе Дун», провожая взглядом «русского рыцаря» с дуршлагом на голове, качал
головой, цокал языком и кхекал:
- Кхе-кхе! Одни психи кругом...
- У вас железный предмет не точно по западу... – вставлял «Лама», - идёт отсос
энергии...
«Джекки» уже не скучал и помогал стягивать с «рыцаря» штаны.
- Ёкарны бабай! – удивлялся Боря, обнаружив в штанах члена дружины «Князя
Невского» чугунную сковородку. - Щас бы шприц сломал...
- Чугун южнее должен быть, - увещевал «Далай-Лама», вертя сковородку в руках. -
Чугун в тылу – плохой фен-шуй. Могу посодействовать потоку энергии Ци... –
шептал он в «рыцарское» ухо. - Недорого...
Но потенциальный покупатель энергии уже летел в туго сплетённый клубок войны
местного масштаба, так и не успев подумать о выгодах спецпредложения. «Лама»
смиренно ждал следующего.
- Джекки, - умоляюще просил Боря, когда заметил, что пациенты пошли по второму
кругу. - Давай лидеров сюда, лидеров!!!
Первым был пойман в «джеккичановские» силки «Геббельс». Завидя «орудия пыток»,
он радостно загоготал:
- А я уколов не боюсь, если надо – уколюсь!!! Ихь бин пионир!
И пока Боря всаживал дозу снотворного, «истинный ариец» вопил на весь коридор
рамштайновское:
- Ман геген ман!!!!!!!
Майне хаут гехёрт ден херрен!!! – переходя на собственные вариации:
- Гебен мир боян!!! Пойду шпацирен геен!!!
«Невский» не был столь счастлив:
- Кто на Русь со шприцом... Ай, блин! Где тебя так научили зад княжеский
истязать, отрок?
«Чингисхана» китайскому «исполину» пришлось легонько стукнуть по темени, потому
что тот упорно желал дотянуться обломками своего коня-стула до
«джеккичановской» макушки.
- Кирдык... кирдык... кирдык... Застранец-бей!!! Кирды-ы-ы-к!!!!! – вошла игла
в «ханскую» плоть, и тут же в ухе «Чингиза» зашелестел нежный голосок:
- Дерево желательно держать на юго-востоке. У вас оно сейчас не в той руке...
Энергия уходит. Могу повернуть поток Янь в нужную сторону...
- Кхе! Будущее мира точно за великим китайским народом! - вякал во второе ухо
Бахтиярова «Мао».
- Идите в задницу!!! – рыдал несчастный «хан».
- Уже сходили... – пошарив в кармане Бахтиярова, подбросил связку ключей от
боксов Козликов. – Вуаля!
- Тогда идите на... – предложил другое место Бахтияров.
- Сто раз говорил, что туда не хожу принципиально, - отказался за весь китайский
народ «Далай-Лама» и принял позу китайского иероглифа, означающего терпение и
смирение. Взбрык Бахтиярова заставил «святого человека» понервничать.
Последним «Чжекки Чан» внёс в коридор «Сталина». Тот, даже находясь задницей
кверху, не терял самообладания и с достоинством посасывал трубку.
- Отвэтишь за аскарбление, товарищ... – зловеще обещал он, перейдя на ужасный
грузинский акцент.
Боре было не угроз: он торопился. «Йося»оказался последним буйным лидером. «Джекки»,
как верный ассистент, своей свободной лапищей уже стаскивал  штаны генераллисимуса, как тут они жалобно затрещали и разъехались по центральному шву.
- Ой! – очумело произнёс исполин.
- Ну что, наш китайский друг, испугался? Не бойся... У товарища Сталина это не
последние штаны...
Интернациональная команда вздохнула с облегчением, хотя в столовой продолжался
бой...
- Комрад! – хлопнул по Бориному плечу «Мао». - Не забудь договориться с КПСС...
– и дружные «китайцы» мирно поковыляли в свою палату. Козликов со слезами на
глазах помахал им ручкой:
- Спасибо, друз....
Шум битвы и прощальные слова Бори заглушила мощная сирена: по коридору неслись с
автоматами в руках бойцы в чёрных масках...
- Вы окружены!!! Никому не двигаться!!! – раздался искажённый мегафоном голос
полковника Колобкова.
- Не стреляйте!!! – рванул к полковнику Боря. Пациентам было всё равно, кто там
вооружён и кто окружён, кому не двигаться, а кому плясать, поэтому Козликов
решил предотвратить возможные недоразумения.
- Подождите!!! Они сейчас... – подлетел к Эдуарду Ананьевичу литератор и
спасатель мира. - Я им снотворное вколол!!! – отчаянно заорал Козликов, как тут
больные поочерёдно стали падать. Шлёп – справа, шлёп - слева, шлёп – в
середине... ОМОН синхронно водил автоматами вслед. Последним несгибаемо и
по-генеральски рухнул «Сталин».
- Я же говорил... – радостно повернулся Боря к выкатившему глаза Колобкову.
- Так это ты нам звонил? – с недоверием пробурчал Эдуард Ананьевич.
- Я... – тихо произнёс Козликов и покраснел. Бойцы стали стягивать маски.
Сержант Расслабуха достал фотоаппарат. Полковник Колобков протянул Боре свою
лопату-ручищу:
- Объявляю благодарность!
Сержант навёл объектив, Козликов потянул свою ладонь, как вдруг за спиной
раздалось залихватское:
- Воскресни войско Божье да повергни врагов Господа в пучину огненну!!!
В очередной раз из сада камней вылез господин Пыжиковский и, взобравшись на
подоконник, открыл хлебало:
- Поведёт тебя Божий перст указующий!!!
- Минутку! – извинился перед снова ошалевшим и застывшим с открытым ртом
полковником Боря и, схватив первое попавшееся под руку корыто, метко влепил Терентию
промежь глаз. Тот покорно ушёл гулять в саду.
- Не стоит благодарности... – скромно пропел литератор, пожимая ручищу
Колобкова.
«Заехал бы сразу, когда он тебе дорогу перегородил, не пришлось бы разглядывать все задницы
«Олимпа»!»
- подлил ложку дёгтя в бочку с мёдом Повелитель.
 
НессиДата: Воскресенье, 30.04.2017, 21:13 | Сообщение # 95
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Цитата Хагга ()
И он не подведёт)))

И они с Пенелопой будут жить долго и счастливо  alik
 
ХаггаДата: Воскресенье, 07.05.2017, 14:42 | Сообщение # 96
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Цитата Несси ()
И они с Пенелопой будут жить долго и счастливо
 да вот думаю, если продолжение писать, то надо их как-то помучить)))
 
ХаггаДата: Воскресенье, 07.05.2017, 14:43 | Сообщение # 97
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
САД  КАМНЕЙ. ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП»

Съёмочная группа в полном замешательстве пронаблюдала, как Терентий Ральфович взобрался на подоконник,
гордо выпрямился, чего-то гаркнул и хлопнулся обратно в сад. На его лбу зрела
огромная шишка. Рядом валялась внушительных размеров книга.
Лизка, тихо ступая, словно опасаясь наделать ещё больше шуму, подкралась к Пыжику и
заглянула в гроссбух.
- Эта битва была грандиозной, – прочитала она. - И я там был, мёд, пиво пил, по ногам текло
да в рот не попало. – Лизка хмыкнула и полистала страницы. - Мао Дзе Дун
сегодня работает над концентрацией внимания для выходов в астрал. Хочет
посредством астрального пролёта проникнуть в родной Китай и осмотреть Великую
Китайскую стену. Джекки Чан обещал ему сломать эту загородку в доказательство
своей неуёмной физической силы и твёрдости мозга.
- Далай-Лама содействует вождю в тренировках посредством направления в его сторону энергии
Ци, – заинтересовался чтением и Вениамин Шуткин. - Также он содействует и
Джекки Чану, посылая тому поддерживающие флюиды через сердечную чакру.
Трунькина в очередной раз выплюнула цигарку: она мешала читать.
- Через месяц тренировок во время завтрака Мао заговорил на непонятном языке. Лама
признал в этих хрипящих и захлёбывающихся звуках язык атлантов, с чем и
поздравил вождя, хлопнув того по спине. Оливка вылетела, и Мао Дзе Дун как-то
сразу забыл столь древний язык. Жаль...
- У-у-у... тяжела дорога твоя, Господи... - Заворочался вдруг Терентий. Трунькина
оторвалась от чтения:
- Как вы, господин Пыжиковский?
- Бог не даст пропасть сыну, – ответил Терентий и, покачиваясь, встал. – Ещё вопросы
будут, а то у меня миссия...
- Да-да! – затряс головой и микрофоном опомнившийся Вениамин. - Чего это там? – кивнул он
на окна столовой.
- Ледовое побоище, Вторая Мировая и нашествие татаро-монголов. Я с монголами, а ты с кем?
- С русскими... – пролепетал Шуткин.
- Зря. Господь пока не на их стороне, – поцокал языком Терентий Ральфович и опять
засобирался:
- Всё. В поход! Труба зовёт! Прячьтесь, окаянные! Божий сын идёт! – загорланил
Пыжиковский и снова полез в окно.
- Петька! – позвал спецкор. - Зигзаг, ты где? – заоглядывался он, но оператора нигде не
было видно. Лизка с двумя сигаретами во рту толкнула Шуткина в бок и подняла
глаза в небо. Зигзагов Петя так увлёкся панорамой битвы за окном, что снимал
уже с дерева, росшего рядом. Как и когда он туда залез со своей драгоценной
камерой ни спецкор, ни ассистент режиссера Трунькина не заметили.
- Отсюда вид классный и картинка получается то, что надо. – Пробубнил он, когда Вениамин
выругался на оператора матом. - Давайте сюда! – пригласил друзей Зигзагов,
похлопав лапой по ветке, на которой сидел. Шуткин и Трунькина бросились карабкаться
по стволу.
- Бэмц! – раздалось в окне, и господин Пыжиковский в очередной раз вывалился в сад
камней. Рядом лежало какое-то эмалированное корыто.
- Стоять! – раздалось совсем рядом. - Руки вверх!!! – дерево окружили невесть откуда и
зачем взявшиеся бойцы ОМОНа. Их сверкающие из-под масок глаза не обещали ничего
хорошего.
Лизка сразу послушалась и задрала лапы. Соответственно, ничего её больше на стволе не
удерживало, и она красиво плюхнулась в чавкающую грязь под деревом. Шуткин
решил достойно спрыгнуть сам. Правда, достойно спрыгнуть и встать в гордую позу
не получилось: одна нога поехала, вторая попала на камень из сада, и спецкор
загремел носом в снег. В конечности, попавшей на камень, что-то хрустнуло. Петя
поднимать руки не желал, ибо страшился за камеру.
- Кассету сюда!!! – скомандовал человек в камуфляже.
«Только не это!» - пронеслось в мозгу спецкора, но было поздно: Зигзаг, жалобно шмыгая
носом, послушно кинул кассету с сенсацией прямо в ручищи омоновца.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА«ОЛИМП». БОКС № 3.

Лев Моисеевич, трепетно зажав всвоих руках ладони Глафиры Аркадьевны и нежно заглядывая ей в глаза,
декламировал наизусть:
- Что из того, что ты уже любила,
Кому-то, вспыхнув, отворяла дверь.
Все это до меня когда-то было,
Когда-то было в прошлом, не теперь.
Мы словно жизнью зажили второю,
Вторым дыханьем, песнею второй.
Ты счастлива, тебе светло со мною,
Как мне тепло и радостно с тобой...
- Это ваше? – восторженно пропела Глафира Аркадьевна.
- Нет, дорогая... Это Эдуард Асадов.
- М-м-м-м... – застонал перебинтованный куль-«Калигула». - К демонам поэзию!
Чмокнулись бы уже, что ли? Советую собственный способ – «Поцелуй вантуза»...
Профессор вздохнул и пожал плечами, как бы извиняясь за Писункова. Что может он
понимать в любви?
- Одной тебе, тебе одной,
Любви и счастия царице,
Тебе прекрасной, молодой
Все жизни лучшие страницы!
- Тьфу! – прервал Льва Моисеевича «Калигула». - Нет бы, делом заняться...
Прокладки долой и чистить воронку!
Профессор не обращал на больного внимания:
- Ты, ты одна, о, страсть моя,
Моя любовь, моя царица!
- Вдолбиться об косяк! Царь нашёлся! – хмыкнул Писунков и подмигнул Глафире
Аркадьевне. - Дура! Я б щас уже столько тебе показал...
- Во тьме ночной душа твоя...
- Лёвушка, погоди... – проговорила Глафира, встала, схватила «утку» и наотмашь
хрястнула Писункова по черепушке. «Калигула» отправился смотреть эротические
сны.
- Блестит, как дальняя зарница... – с круглыми глазами закончил профессор.
- Тоже Асадов? – ласково мяукнула Глаша.
- Нет... Это Блок.
- Ах! – приложила она руки Лёвы к своей груди.
- Ба-бах!!! – разлетелась на куски дверь бокса номер один, и средь клубов
чёрного дыма показались люди с жёлтыми буквами «МЧС» на груди:
- Все целы? – спрашивал один из них.
Лев Моисеевич и Глафира Аркадьевна синхронно икнули. Проснувшийся от
неожиданности «Калигула» снова застонал.
- Осмотрите! – кивнул врачу МЧС начальник спасателей. Тот резво поскакал к
связанному и стал хлопать того по щекам:
- Имя! Фамилия!
Больной сфокусировался:
- Вася... Писунков... Сантехник... Меня ждут на работе...
- Подождут! – рявкнул врач и стал развязывать пациента.
- Уважаемый, это наш больной! – вмешался Лев Моисеевич. - Паранойяльный
шизофреник. Оставьте его здесь. Он буйный...
- Понял. Чего вколоть сантехнику?
- Да любой антипсихотик... или лучше снотворного. Нам потребуется время, чтобы навести в клинике порядок.
Врач с надписью МЧС на груди достал шприц и вдруг вспомнил:
- Там ещё журналистов поймали. Под окнами снимали... У одного с ногой что-то, пока не диагностировали.
Можно мы его до прибытия скорой у вас где-нибудь положим?
- Да ради бога! – воскликнул Лев Моисеевич и нежно откинул выбившуюся прядь с лица Глаши.
- В первую палату его определите...
 
ХаггаДата: Суббота, 13.05.2017, 12:25 | Сообщение # 98
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». КАБИНЕТ АБРАМСОНА.

Полковник Колобков обосновался в кресле главврача. Боря тоже находился в кабинете и уже
хотел присесть на стул, как дверь распахнулась:
- Борис! – влетел профессор Абрамсон и с благодарностью обнял своего пациента.
За профессором к Козликову бросилась Глафира Аркадьевна:
- Дорогой! Спасибо!!! Большое спасибо!
Эдуард Ананьевич снисходительно наблюдал за «встречей на Эльбе», посасывая во
рту карандаш:
- Ну, товарищи больные и доктора... Будем делать перекрёстный допрос. По факту
события, так сказать... Ать-два...
- Дорогой полковник! – откликнулся Лев Моисеевич. - Если бы не Борис, я боюсь
представить, чем бы это закончилось! Поверьте мне, он – герой!
- Угу... – поверил Колобков. - Мне, в принципе, всё равно. Посадить я никого не
смогу: все психические.
Абрамсон подошёл поближе и приложил руки к сердцу:
- Козликов не больной... Поверьте мне, как врачу-психиатру. Да, он маньячил в
Битцевском парке, напал на кукурузный початок статуи Молдавии и совершил акт
вандализма против российской науки... Но это в прошлом, в анамнезе! Сейчас он
совершенно здоров, и я не хочу держать его клинике. Только и выпустить боюсь,
понимаете? Вы же первый и засадите Борю за прошлые прегрешения. Умоляю! Пусть
он останется на свободе! Борис – прекрасный человек!
Козликов, не ожидавший таких слов в свой адрес, просто остолбенел.
«Видал, раб Боря? – появился Повелитель. - Под моим чутким руководством ты стал-таки героем! Я горд!» – высказался Князь Тьмы.
Боря покачал головой и прошептал:
- А как же ваша позиция невмешательства, а?
«Если бы вмешался, то героем бы стал я».
Эдуард Ананьевич вздохнул и задумчиво вставил обслюнявленный карандаш в ухо:
- Поглядим немного, Лев Моисеевич. Мне тоже боязно. У психов сегодня –
прогресс, завтра- регресс...
- Клянусь, у Бори всё в норме! – воскликнул профессор и резко замолк: дверь
опять распахнулась, и сержант Расслабуха ввел в кабинет возмутителя
спокойствия.
Грязный, как чёрт, с всклокоченными волосами и фингалами по всей мордени Пыжиковский
победно окинул присутствующих горящим взглядом:
- Радуетесь, тудыт-растудыт? Да не сломить вам сына Господня!!! Давай,
нехристь, руби с плеча!
- Вот это точно наш клиент... – продолжал профессор Абрамсон, - а Боря...
- Я с радостью понесу свой крест на любой холм в округе, как это сделал брат
мой Иисус!
- Да я понял уже, – шептал Колобков Льву Моисеевичу, - но нельзя сейчас
выпускать! Пусть посидит у вас, пока страсти не утихнут!
- И вознесуся в небо, к папане своему через три дня! Вам не погасить во мне любовь
к Отцу Всевышнему!!!
- Хорошо, полковник. Я на вас надеюсь.
- Стану ходить по воде да любую жидкость в вино превращать! И сожрёт вас тогда
зависть окаянная!!!
Глафира Аркадьевна постучала Абрамсона по плечу:
- Дорогой... Ой! Лев Моисеевич, может, вколоть что-нибудь этому «сыну»?
- А может, шмальнуть? – вмешался сержант Расслабуха, поигрывая табельным
оружием.
- Народ прогрессивный и верующий встретит меня с пальмовыми ветвями!
- Отставить! – не согласился с подчинённым Эдуард Ананьевич. - Кляп давай!
Невозможно работать, ать-два...
Профессор услужливо протянул сержанту остатки халата Глафиры Аркадьевны.
- Да возведут храмы в честь мою и поймёт человечество...
«Чего оно поймёт, сын мой? Заткнись уже...» – послышался голос. Колобков нервно заоглядывался... Расслабуха так и застыл с белыми тряпками в руках...
Абрамсон и Глафира Аркадьевна переглянулись...
- Отец мой! Господи! Ты не оставил меня!!! – заверещал Пыжиковский и бухнулся
ниц. - Я знал, что ты вернёшься!!!
Борис беспомощно хлопал глазами. Он узнал бы этот голос из тысячи...
- Повелитель? Я же не смогу вас ни с кем спутать! Ну?!! – почти орал студент.
- Что за шоу, ать-два?
В кабинете на несколько мгновений повисла тишина, а потом где-то под потолком
раздался стон…
- Вы слышите, вы слышите его?!! – теребил погоны сержанта Терентий Ральфович. –
Теперь вы уверуете!!!
Сержант тупо глядел в потолок, раскрыв рот. Абрамсон задвинул Глафиру за свою
спину. Колобков забыл про карандаш в ухе, что торчал оттуда, как антенна, а
Козликов Боря в прострации осел на пол:
- Что всё это значит, уважаемый Сатана?
- Ты как моего папаню назвал, а? – с воинственным видом поднялся Пыжиковский.
«Тихо-тихо, сын мой... – устало молвил голос, и Терентий осёкся. - Это значит многое, Боря...»
 
ХаггаДата: Суббота, 13.05.2017, 12:28 | Сообщение # 99
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
КВАРТИРА ПРОФЕССОРА ХАРИНА.

«Всё против меня! Всё!» - страдал профессор. Он вернулся из института час назад, но так и сидел в пальто и шляпе
около входной двери на шкафчике для обуви.
Эксперимент с дозатором информационной биостимуляции заморожен. Все документы уничтожены,
информация с хард дисков удалена. Но это уже не такая беда. Ванин ДИБИлоид
сохранён и, если настанут лучшие времена, можно повторить эксперимент. Если бы
тут Костя, этот кладезь научной мысли и человек с феноменальной памятью, Афанасий
Гурьянович вообще бы был спокоен, как удав. Помощник вспомнит всё до последней
цифры и буквы. Но Понюшкин сейчас…
«Интересно, он точно в будущем? Или его забросило неизвестно куда? – грустно размышлял
профессор. – Я столько раз пробовал… Почему же не получается? 2538 год… Два,
пять, три, восемь… Может, программа меняет цифры местами? Может, компьютер при
обратной переброске считывает цифры наоборот?»
Афанасия Гурьяновича подбросило.
«Это идея!» - обрадовался он и тут же сник… Самой машины уже нет… Да и главный компьютер…
«Чёрт бы побрал этого психа в коньках! Пусть был раздрал всю мою одежду до трусов! Пусть
бы исписал меня этим маркером под хохлому! Зачем он трогал хард диск?!! Зачем
ему провода установки?!!»
Харин снова сел на шкафчик. Посидел ещё немного.
«Надо проверить стол Понюшкина! Возможно, он вёл расчёты на бумаге! Или даже сделал
чертежи!»
- Я глупец и психопат! – сказал про себя вслух Афанасий Гурьянович и выбежал из квартиры.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». КАБИНЕТ АБРАМСОНА.

«Это значит многое, Боря...– голос вздохнул. - Вот вы тут с милым профессором Абрамсоном рассуждали на днях о Боге и Дьяволе... К какому выводу пришли? Вы решили, что две противодействующие силы должен уравновешивать
кто-то третий, то есть некий Абсолют, правильно?»

- Ну да... – промямлил Боря.
«Ну да, ну да... Разгадывая противоречие Эпикура, вы вывели на арену третью величину. Ну что ж... Приятно познакомиться
вновь... Я – эта третья величина или, как вы называете, Абсолют...»

- Погоди, Повелитель... А...
«Люди не придумали другого слова для моей сущности, Боря. Поэтому, давай называть меня Абсолютом. Я вам и Бог, я вам и
Дьявол. Конечно так, как вы это понимаете…»

- Ах ты, птаха... – влез господин Пыжиковский, устраиваясь на полу.
«Можно назвать это раздвоением личности. Выведь знаете, что это такое, Лев Моисеич? – обратился к профессору голос.- Эта же ваша вотчина – психология и психиатрия! – расхохотался он. - Во мне, Абсолюте, есть и добро, и зло... И свет, и тьма... И мужское начало, и женское... Вспомни рисунок Инь-Янь. Круг Абсолюта, в котором две части: одна
белая, другая чёрная. В свою очередь в белой части имеется чёрный кружок, а в чёрной
– белый... Любая сущность имеет антисущность. Противовес!».

- То есть, вы у нас и то и другое. Как те индивиды, в которых живут как бы два
человека?
«Почти так. Только не надо инсинуаций. Хотя... Можете считать меня ненормальным психом, если вам так легче... – снова захохотал голос. –  Я – бессмертен, но как любой смертный ищу гармонию. Сегодня во мне больше тёмного,
завтра – белого. Не будет Добра, перестанет существовать и Зло. Поэтому
противоречие Эпикура вовсе не противоречие. Я не могу уничтожить Зло, ибо оно
часть меня. Также, как и дьявольская составляющая никогда не победит Добро,
потому что тогда исчезнет сам Дьявол. Равновесие, гармония, баланс этих двух
противоположностей и есть жизнь, мой дорогой Боря...»

Полковник Колобков наконец вынул карандаш-антенну из уха:
- Ничего себе, ать-два...
«Да-да, уважаемый Эдуард Ананьевич...Пропадут все преступники, настанет эра благоденствия и вы, как полковник
милиции, перестанете существовать. Вы станете просто не нужны. У вас не будет
противовеса. То же самое в более глобальных масштабах. Любая высокоразвитая
цивилизация должна бороться с кем-то... У неё должен быть достойный противник.
Как только она достигает благоденствия, уничтожает внешних врагов, по законам
Абсолюта появляются внутренние проблемы, внутренние противники. Разрешат и эти
проблемы – погибнут…».

- То есть я, вылечив всех больных... – завороженно начал профессор, но голос не
дал продолжить.
«Появятся другие виды болезней. Мало того, люди сами создадут их. В тех же лабораториях, которые
призваны искать панацеи. В любом, любом, дорогие мои, изобретении есть хорошее
и есть плохое. Любая вещь на земле имеет противовес. И пока у вещи он есть, она
существует».

- А как же любовь? – задала свой вопрос Глафира Аркадьевна. - Если кто-то любит
и ему отвечают взаимностью...
«Это прекрасно, но... Любовь – это второе название гармонии, к чему стремимся мы все. Есть мужчина. Есть женщина. Они
разные, они – антиподы. И если два антипода любят друг друга, они уравновешены
и гармоничны. Но это так сложно, Глафира Аркадьевна! Грань очень тонкая!
Поддерживать такое положение вещей удаётся немногим. Сами видите, как люди
начинают жить вместе, а потом... Не справился с перекосом светлого и тёмного в
самом себе, автоматом имеешь тот же перекос в своём антиподе. Граница нарушена,
пробита, изогнута... И вот уже на место любви приходит ненависть. Иногда люди
сами замечают, что в своих отношениях с противоположным полом, они курсируют то
к страстной любви, то к страстной ненависти. Один шаг – вот ширина этой
границы. Некоторые так и скачут туда-сюда всю жизнь... А всё из-за чего? Из-за
того, что человечество создано по моему образу и подобию! В каждом человеке
есть божественное и дьявольское. Сегодня в вас больше белого, завтра – чёрного,
сегодня вы прощаете избраннику всё, а завтра ваше эго возмутится из-за
незакрытого тюбика с зубной пастой, и вы начнёте искривлять грань...»

- По образцу и подобию... – проговорил себе под нос Боря Козликов и обратился к
голосу:
- Выходит, что мы... равны с вами?
«Не совсем... Как Вселенная и её карманная карта. Вы – малая частичка, я - велик. И борьба сущностей во мне
намного масштабнее…»
– грустно усмехнулся Абсолют.
- Люд Божий! – опомнился вдруг Пыжиковский, задрав руки к потолку. - Я не
понял... У меня есть папа или нет? Чего вы тут ересь порете?
- Да есть у тебя папа! – отмахнулся от него Боря.
- Молю тебя, о Боже!!! Дай мне знак!!!
В кабинете профессора вспыхнул свет, резко остановились настенные часы, и
сильный порыв ветра распахнул окно... С Расслабухи слетела фуражка, бумаги Абрамсона
закружились по помещению, на потолке огненными буквами вывелось «Абсолют»...
«Так пойдёт?» – хохотал голос.
Пыжиковский бухнулся на колени и возопил:
- Отец мой, вернись!!!
«Тут я, Терентий, тут».
- Да не ты! – отмахнулся Пыжиковский. - Мне Господа надоть... – и усиленно
вдолбился лбом в пол, призывая прийти прежнего отца и указать ему правильный путь.

«Вот так всегда, дорогие мои... Люди верят, но в то или того, что более загадочно, таинственно и скрыто. Помнишь,
Борис, я тебя призывал быть непонятным, но постоянно мелькающим на арене
людских страстей и интересов? Чем больше загадок и чудес, тем привлекательней
образ...»

- Вы не совсем правы... – тихо сказал Абрамсон. - Я вот не верил вообще. А
сегодня... То есть то, что называли Богом раньше, мне не казалось приемлемым.
Теперь я вижу, что...
«Нет, уважаемый... Как раз вы подтвердили мои слова. Как учёный муж, вы ищете истину. Я немного приоткрыл завесу, и вы
поверили факту. А некоторым, таким, как наш Терентий, наоборот стало многовато
истины. Я для него сейчас слишком прост и открыт. Поэтому он будет молиться
тому, чего не существует. Ну и правильно, без веры человек теряется и не видит
границ...»

- Но я же не верил ни во что раньше! – воскликнул профессор.
«И это тоже вера. Вера в то, что ничего нет!».
Профессор открыл рот... Расслабуха стал нервно почёсываться. Пыжиковский
молился.
«И опять же скажу про противовесы... Сейчас у человечества нескольно религий. Ни одна не идеальна и ни одна не
является верной. Почему я не посылаю пророков и не пытаюсь изменить положение
вещей? Потому что нарушу противовес, в котором они находятся по отношению друг к
другу. Представьте... Вы сейчас услышали кое-что из первых уст. Почему бы не
раструбить об этом на всех углах? Ведь это же правда!.. Конечно, правда,
которой будет слишком много, намного больше, чем лжи... Нарушится
уравновешенное течение. Люди, лишённые привычной веры, потеряют ориентиры. Может,
вы и добьётесь моего истинного признания... Признания такого, как я есть на
самом деле. Например, добились. И что? Все верят в меня, сиречь Абсолют,
разногласий не возникает, все точно знают кто я и что я. Что получается?»

- Нарушается противовес, Повелитель... – молвил Боря.
«Именно! А пока вы будете доказывать всем, что я это я, Землю зальёт море крови религиозных войн. Поэтому, прошу
вас! Никому ни слова о том, что здесь было...»

Козликов Боря мерял шагами кабинет:
- Хорошо, Повелитель... Но зачем тогда я пытался помешать экспериментам
профессора Харина, зачем разносил лабораторию? Сейчас мы промолчим, а в 2539
году Понюшкин откроет врата в ад...
«Боря... Боря... Чип в голове людей – уже нарушение баланса, а следовательно и божественного замысла. А изобретение
машины времения предотвращал, ибо только Понюшкин смог бы её вновь создать. Тем
более, сейчас ты знаешь, что спасать ад или рай не надо, их, как таковых просто
нет...»

- Как нет? – округлил глаза Расслабуха.
- Потом объясню... – отмахнулся от него Боря и снова обратился к Повелителю:
- Тогда надо вернуть Костю в наше время! Вдруг ему там плохо?
«Ему там интересно, поверь... – усмехнулся Абсолют. - Но лучше, конечно,вернуть. Хотя... Противовес уже нарушен. И это будет другая история...»
- Вы о чём, граждане? – напрягся полковник.
- Да послали тут одного шибко далеко. Надо обратно доставать... – уже на ходу
бросил Козликов.
- А ну, стоять! – поднялся с профессорского кресла Колобков. - Ты куда собрался,
а? Забыл, что тебе надо побыть психом?
- Эдуард Ананьевич! Человек, российский гражданин, в опасности! По моей вине! Я
быстро! В институт к Харину и обратно! Можете со мной поехать, как конвой!
Пожалуйста, а? Я должен его спасти! То есть... – Козликов замялся - Повелитель!
А как мы это провернём? Забацаем свою машину времени?
«Бацать будет профессор Харин, чтоб в следующий раз думал, как на кнопки нажимать! Так и быть, подскажу ему схемку с
чертёжиком...»

- Я с вами, ать-два! – загорелся полковник и тоже уже на ходу крикнул сержанту:

- Я побежал изобретать машину времени! Пыжиковского привязать к щитку кровати в
палате, этих двух в ЗАГС! Понял, ать-два?
- Блин... Настоящий дурдом! – высказался Расслабуха и развел руками.
 
НессиДата: Воскресенье, 14.05.2017, 17:08 | Сообщение # 100
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Наконец, новый кусочек. А то я уж подумала, что так и не узнаю, чем закончится побоище всех времён и народов в дурдоме.
Теперь интересно узнать как добро со злом в одном лице бороться будут.


Сообщение отредактировал Несси - Воскресенье, 14.05.2017, 17:08
 
ХаггаДата: Воскресенье, 14.05.2017, 17:37 | Сообщение # 101
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Несси, я всё довыкладываю. Как же я могу вас бросить на полпути? 5709

ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНЫХИССЛЕДОВАНИЙ. МОСКВА.

... – Значит так, Афанасий Гурьянович, - почесал затылок Боря. - Был не прав и не
знаю, как вымолить у вас прощение! Если только посильной помощью...
Профессор Харин, уже напившийся
«Новопассита», безучастно кивнул.
Приехав вечером в институт, он с
удивлением услышал, что его дожидаются полковник милиции и ещё один странного
вида молодой человек. Когда профессор узнал своего обидчика и вандала науки,
чуть было не шагнул в окно, но полковник Колобков предотвратил суицид, связав
Харина проводами от пострадавшей машины времени.
После того, как профессора накормили
«Новопасситом», Козликов объяснил, откуда у него взялись познания по теме
исследований Афанасия Гурьяновича. Сказал, что было видение. Нет, он не псих, он просто медиум и экстрасенс. В психушке по ошибке. Профессор начал что-то соображать только
тогда, когда мелькнуло имя Костика.
- Вы... Вы знаете про моего Понюшкина? – похолодел Харин.
Колобков и Козликов переглянулись.
Боря решил не отвечать на вопрос и сразу принялся рассказывать, как вернуть
ассистента. Голос Абсолюта давал чёткие указания, и через несколько часов
напряжённой работы в лаборатории института появилось нечто, отдалённо
напоминающее Афанасию Гурьяновичу установку, в ходе запуска которой исчез Костя.
Из былых деталей остались только центровое кресло и турбина. Все провода были
подсоединены, новые данные занесены в компьютер. Профессор вытер лицо
распечаткой, оставив чёрные полосы краски по всей взволнованной физиономии, и
торжественно сказал:
- Ну... Пробуем! Какой код вбивать в комп?
- Какой код, Повелитель? – повторил вопрос Харина Боря.
«Да набери какую-нибудь лабуду», - ответил Сатана, Бог, или просто Абсолют.
- То есть? – отойдя в сторонку, прошептал Козликов. - Нам Понюшкина надо вернуть! А ты - «лабуду»! Договорились
же!
«Ага! А потом он эту машину времени будет пользовать. Учёного не остановишь в его изысканиях! Нам этого не надо!»
- Кому нам?
«Абсолюту. Пусть он жмёт на кнопки, пусть крутится турбина, мелькают огонёчки пусть... Вам веселее, и мне хорошо. Я этого Понюшкина сам сюда перетащу!».
- Ладно, Мастер! – успокоился
Козликов и пробежался пальцами по клавиатуре.
Харин, промокнув пот халатом, с силой
вдавил в клавишу «Enter» и зажмурился.
Турбина загудела. Вокруг кресла пошёл
дым. Свет во всём институте погас. Харин бросился к рубильнику источника
запасного питания, а когда прилетел обратно, белый дым начал медленно
рассеиваться. В кресле сидел человек. Вид был странный: он будто что-то писал
или рисовал прямо перед собой. Глаза его были закрыты.
- Костя!!! – не выдержал профессор и
стремглав помчался к центру установки с распростёртыми объятиями. Человек
вздрогнул и распахнул глаза. На лице его теперь читался невообразимый ужас:
- Блин! Блин! Блин! Почему так не
вовремя?! – вдруг с надрывом воскликнул он и закрыл голову руками, но тут
подлетел находящийся в ажиотаже Харин и повис на Понюшкине, содрогаясь от
рыданий:
- Дорогой! Думал, уж и не свидимся больше!
- Я тоже скучал, Афанасий Гурьянович,
но зачем вы меня так рано вытащили? Самое интересное началось, а вы... – Костя
шмыгнул носом. И они оба заревели, обнявшись...
«Хм... Говорил же, что ему там интересно, -вздохнул Абсолют. - Пошли, ребята... Нам тут больше делать нечего».

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». ПАЛАТА № 1

Врачи МЧС бросили Вениамина накровать и извинились:
- Прости, но пока не до тебя. Видишь, чего тут...
Шуткин махнул рукой, ладно, мол, потерплю. Хотя боль была адская. «Как не повезло-то!»
- морщась, переживал спецкор. - Скоро подъедут за тобой, и врач здешний обещался навестить... – успокоили
эмчеэсовцы и закрыли дверь. Вениамин послушал, как в замочной скважине
ворочается ключ, и чуть было не всплакнул о нелёгкой судьбе репортёров.
Палата была уютная, на двоих человек. Пока несли по коридору, он успел заметить, что в
других палатах по шесть, а то и восемь коек. Здесь же лежал на полу ковёр, в
углу стоял телевизор, а на окнах висели шторы. «Люкс в психушке!» - хохотнул
было Веня, но нога заныла с новой силой. «Такой бы репортаж вышел! Бомба! -
продолжал он переживать. - Ребят с конвоем выпроводили, кассету при мне
распотрошили и сожгли, самого в люксе заперли...»
Правда, Лизка и Пётр клятвенно обещали его отсюда вытащить, как только доберутся до
офиса. Сказали, что поднимут на ноги пол-Москвы... Но что-то уже часа четыре ни
слуху, ни духу от коллег. За окном стояла непроглядная темень. За дверью велась
работа по устранению последствий «священной войны». «Про меня все забыли...» -
погрустнел спецкор и потрогал раненую ногу. Сразу взвыл. Двигаться просто было
невозможно, а Вене очень хотелось достать из своего походного рюкзака
мобильник. Через полчаса стонов, охов и возни на одном месте, он решил
расслабиться. Получилось. Даже всхрапнул было, как тут снова заворочался ключ в
двери.
- Здесь точно никого нет? – послышался тихий вопрос за дверью.
- С утра не было, – последовал ответ, и спецкор, поддавшись журналистской
интуиции, решил притвориться спящим.
- Сюда, сюда! Осторожно! – просил первый голос. Вениамину он показался смутно
знакомым. Ну, конечно! Это же пострадавший от вандалов профессор Харин, у
которого он совершенно недавно брал интервью по поводу! Спецкор Шуткин
приоткрыл один глаз: медбратья заносили в палату какого-то молодого человека,
который хоть и сопротивлялся, но как-то слабо.
- Афанасий Гурьянович! Я в порядке, клянусь! – жалобно говорил он. - Ничего со
мной не случится!
- Ну, уж нет, Костантин, - возражал ему профессор Харин. Веня моментально
вспомнил, что так звали ассистента профессора, которого так и не удалось
проинтервьировать. Харин с наивной физиономией сказал тогда, что Понюшкин
куда-то вышел. - Тут тебя проверят, обследуют... – уговаривал своего ассистента
Афанасий Гурьянович. - Лев Моисеич – могила! Он никому ничего не скажет!
- Да-да, - послышался второй голос, и Шуткин тоже его признал. Это был владелец
психиатрической клиники. – Афанасий Гурьянович сказал мне, что вы немного
заговариваетесь. Путешествие в будущее могло сказаться на...
«Понятно, куда ты вышел!» - пролетела гениальная мысль в голове спецкора, и он не смог
сдержать радостного вздоха.
- Тссс! Лев Моисеевич... – донеслось со стороны профессора.
Спецкор понял, что его, наконец-то, заметили, и постарался ровно дышать. Он спит. Спит!
И ловит сенсацию. «Путешествие во времени! Разобранный по винтикам агрегат
профессора Харина! Вышедший неизвестно куда ассистент! - замирало его сердце. -
Полежу-ка я тут ещё...»
Абрамсон стукнул себя по лбу:
- Вот дубина! – в сердцах воскликнул светило психиатрической науки. - Это же один
из репортёров, которые пытались сегодня снять наше побоище в столовой! Я совсем
про него забыл!
- Он спит? – заволновался Харин.
- Надеюсь... – прошелестел Лев Моисеич, и спецкор почувствовал, что откинули
одеяло, - У него что-то с ногой случилось, просили посмотреть, а я... Хотя...
Позвольте-ка! Это МЧС его не забрал! Сказали, скорая должна подъехать!
- Как всегда... – поцокал языком профессор Харин, - всё у нас через...
«Ой, не надо пока скорую! - Взмолился про себя Вениамин. - Расскажите лучше про
путешествия во времени. Я же всё равно ничего не слышу, ничего не вижу, никому
ничего не скажу. Сплю я, сплю...»
- Сначала надо пострадавшего надо осмотреть, - сказал Харин, - а потом Костика…
- Да я точно в порядке! -подал голос Понюшкин. - Это был беспрецендентный опыт! Я
видел будущее, Афанасий Гурьяныч!!!
- Не могу ждать! – воскликнул Харин. – Рассказывай!
- Наверное, закрытый перелом, - осматривал Шуткина Лев Моисеевич, - или трещина… Будущее?
– опомнился профессор и сразу забыл про пациента с ногой.
 
ХаггаДата: Воскресенье, 14.05.2017, 17:43 | Сообщение # 102
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
РАССКАЗ ПОНЮШКИНА.

Вытянутый в длину зал дворца что-то мне напоминал… «Метро!» - догадался я и сразу же удивился: «А
где же поезда и толпы пассажиров?». Рельсов не было. По всей длине бывших путей
находились огромные прозрачные экраны. Люстры, зеркала, живые цветы… Вместо
эскалаторов выставленные в ряд серебристые кабины… Пока удивлялся, около одной
из них заклубился белый дым. Я спрятался за колонну и пронаблюдал, как из
кабины вышел мальчик. Он прошёл к одному из экранов и дотронулся до прозрачного
стекла. Оно ожило…
Мальчик нашёл какой-то файл и почему-то повернулся к экрану затылком.
Так и стоял, пока на экране бежала полоска загрузки. Потом он зашёл в другую
кабинку, и во дворце снова остался я один…
«Введите номерВашего DB», - написали мне на экране… Стало как-то не по себе…
Номера у меня не было, конечно. Решил воспользоваться кабиной. Сказать,
что мне было страшно, значит – ничего не сказать. Я еле заставил себя войти
туда и трясущимся пальцем тыкнул в маленький прозрачный экран передо мной.
«Введите номер Вашего DB»…
Ругнулся матом, чего никогда себе не позволял. Что же мне теперь жить
тут, в этом компьютерном метро?! Отчаяние нахлынуло ледяной волной.  Я даже расплакался и начал молиться:
- Дорогой Афанасий Гурьянович! Не прекращайте попыток! Я верю в вас! Я
верю в вас! Я верю в вас! Аминь…

В принципе, во дворце было неплохо, но очень хотелось пить и кушать. Желудок «пел». Я присел
на скамью и стал думать, как мне выбраться отсюда на свежий воздух, туда, где
есть нормальная, не компьютерная, жизнь.
Ожила ещё одна кабина и через минуту я увидел девушку. Она тоже подошла
к экрану.
«Добро пожаловать в Москву!» - появилось на стекле.
«Парки»
«Музеи»
«Картинные галереи»
«Театры»…
Девушка выбрала «Планетарий». Экран выдал расписание туристических
полётов на Марс, Венеру, Юпитер…
Я подлетел к ней:
- Извините, пожалуйста…
Она посмотрела на меня с улыбкой:
- Здравствуйте!
- Не закрывайте страницу, пожалуйста! Я… - я замешкался. Врать никогда не
умел. – Понимаете, свой дэ-бэ забыл, а в «Планетарий» мне кровь из носу нужно…
Улыбка исчезла, и девушка с изумлённым лицом отступила шаг назад.
Я дотронулся до экрана… На этот раз меня никто не спрашивал мой DB.
- Огромное спасибо! – повернулся я к девушке, но сзади уже никого не
было. Я не видел и не слышал, как она ушла. Только белый дым вокруг одной
кабины не успел рассеяться. Наверное, девушка подумала, что я псих. Ведь когда
услышала мою просьбу, на её лице явно читалось недоумение. Хотя… А что такого,
что кто-то забыл номер? То, что его нельзя забыть, я узнал позже, пролистав
сотни страниц в этом прозрачном экране…
И начал я с выяснений, что же такое DB и где его взять. Как я понял, сидеть мне тут долго,
а без этого чёртова дэ-бэ…
«Дозатор Информационной Биостимуляции Интеллекта впервые был
изобретён…»
С экрана на меня смотрели мудрые глаза Афанасия Гурьяновича и моё собственное
лицо, которое не сразу можно было узнать из-за бороды…

ДИБИлоид усовершенствовался год за годом. Новые модели включали в себя всё больше
функций, появлялось всё больше сфер для применения прибора. Революционным
решением называлось постановление Совета Президентов от 2160 года, после
которого ДИБИлоиды начали вшивать всем жителям нашей планеты.
Программисты работали на износ. Сначала решили удалить возможность войн.
В ДИБИЛоид внесли соответствующие установки, и через поколение планета забыла, что
такое конфликт и, тем более, война. Страны стали самоверженно дружить между
собой. Каждый гражданин Земли возлюбил ближнего своего.
Посредством перепрограммирования устранялись любые противоречия жизни.
Скоро был изобретён мощный компьютер, который словно сетью соединил все
ДИБИлоиды планеты, и операции с корректировкой сознания стали проще, чем
выеденное яйцо. Были ликвидированы межнациональные и межрелигиозные проблемы.
Всего-то стоило ввести всем веру в то, что бог один, только называется
по-разному (Для этой идеи была выбрана последняя Библия, написанная в начале двадцать
первого века одним бывшим политиком), и одну единственную национальность –
землянин. Тем более после удачной борьбы со всеми возможными заболеваниями увеличилась
продолжительность жизни, и люди стали активно заселять Луну. Земные страны
перестали иметь границы…

Преступность была полностью искоренена. Законы соблюдались не потому,
что не хочется в тюрьму (тюрем не стало), а потому что это стало естественным.
Люди перестали задумываться о своей выгоде в том, или ином вопросе.
Правильный ответ всплывал в голове сам собой. К тому же, закон стал одним для
всех. Неважно, кто ты, мужчина или женщина, ребёнок или подросток. Все имели
равные права. Поэтому основной Закон назывался Законом Равноправия.
Школы и институты были отменены в 2256 году. Знания поэтапно
закачивались в головы детей через ДИБИлоиды. Туда же закачивались основные
положения Закона.
Удалялись все риски. Не стало физических отклонений. Не стало
психических. Людская мысль стала слаженной, общей, единой…

Даже несчастная любовь была побеждена. Теперь достаточно было подписать
с избранником контракт и пройти торжественное перепрограммирование в любом
Дворце Бракосочетаний. И всё! Вы любите друг друга всю жизнь. Разводы перестали
существовать, как определение и как термин.
Кроме того, перестал существовать термин «сексуальная ориентация». Чтобы
исключить заболевания, полученные половым путём, каждой паре вручались
специальные сексуальные роботы, которые исполняли любое желание хозяина. Во
избежание нежелательных вирусов и ошибок природы дети зачинались исключительно
в пробирках и после разрешения Совета по популяции. По Закону Равноправия
получить такое разрешение мог каждый. Но в связи с большой заселённостью Земли,
Луны и прочих планет Солнечной системы программа ДИБИлоида была в очередной раз
подкорректирована, и после детолюбцы не превышали пяти процентов от всего
населения Солнечной системы.
Потребность в школах, больницах и прочих столь поезных в прошлом для
человечества учреждений отпала. В 2470 году Земля полностью перешла на
компьтеризированное производство и жители планеты стали почётными безработными.
Единственной обязанностью гражданина Земли был ежедневный update персонального DB. Да и это было не
трудно. Так как был изобретён телепорт, и отпала надобность в наземном и
подземном транспорте, все метро, аэропорты и автобусные остановки
переоборудовали в станции Up-to-Date. Кроме обновлений программы, там можно было получить любую информацию,
а также, благодаря кабинам телепорта, попутешествовать…

Я смотрел на картины городов, стран, людей… Поглядел, как всё устроено
на Луне и Марсе… Я видел всеобщую радость, благоденствие, счастье и… мёртвые
глаза на лицах с улыбкой…
Нашёл и про машину времени. Как ни странно, её использование разрешалось только для туристических
путешествий. Во времени, конечно. Тут же была реклама, которая рассказывала,
что можно посетить Францию времён Людовика Четырнадцатого, Египет времен Сети
Первого, Русь времён татаро-монгольского ига, Шекспировскую Англию, Сталинский
СССР… Скачать инструкцию по безопасности в туре «Варфоломеевская ночь»,
инструкцию по поведению в туре «Японская гейша»… Тут же сообщалось, что на
ближайшие даты по экскурсионным маршрутам «Древнеримская оргия», «Казнь Марата»
и «Куликовская битва» мест нет.
Машина времени была только одна и находилась под защитой Совета
Президентов Солнечной Системы. На странице Совета находились последние
официальные заявления:
«Дорогие граждане Солнечной Системы! Сообщаем вам, что этот год войдёт
в историю! Мы с огромным счастьем объявляем вам, что на всех планетах Солнечной
Системы наступил РАЙ! Поздравляем!!!»

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА «ОЛИМП». ПАЛАТА № 1. ПЕРЕД РАССВЕТОМ.

Костя грустно вздохнул:
– Афанасий Гурьяныч, надо закрывать эскперимент.
Харин ответил с великой печалью в голосе:
- Он уже заморожен. Валериан
Валерианович распорядился. Все образцы уничтожены, информация стёрта.
- Я читал про это. Но ударное шествие ДИБИлоида начнётся позже, в США.
Профессор схватился за голову:
- Ваня!!!
- Ваш личный фигурант? – переспросил
Костик. – Надо его как-то найти и изъять прибор.
Харин вспомнил, что последний раз он
разговаривал с Шишкиным по телефону, и тот находился в Плесецке…
Лев Моисеевич зашарил в карманах.
- Чёрт! – ругнулся он. – Сигареты ни у кого нет?
- И мне! – заявил никогда некуривший Афанасий Гурьянович.
Костик покачал головой.
- У меня возьмите, - донеслось с соседней койки, - в сумке.
Лев Моисеевич достал пачку и раздал всем по сигарете.
- То есть, вы не знаете, где он сейчас? – спросил светило психиатрии.
Харин снова вздохнул.
- Можно проверить по нашим репортёрским каналам! – донеслось опять с соседней
койки. – Если он в космос летал, наши это событие освещали, могут знать…
- Угу, - кивнули оба профессора и Костик, а потом вдруг все трое застыли,
вперившись взглядом в спецкора. Шуткин понял, кто тут лишний…
- Катастрофа… - прошептал Харин.
- Я никому ничего не скажу! Нем, как могила! Вот вам крест! – скороговоркой
пообещал Вениамин и протянул пачку сигарет:
- Ещё по одной? Для полёта мысли, ага?
 
НессиДата: Воскресенье, 14.05.2017, 18:13 | Сообщение # 103
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Цитата Хагга ()
ударное шествие ДИБИлоида начнётся позже, в США

Я знала, что мир погубят американцы  4466
 
ХаггаДата: Среда, 17.05.2017, 11:56 | Сообщение # 104
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Цитата Несси ()
Я знала, что мир погубят американцы

))). Кстати, я наблюдаю сейчас немцев. Мало у кого дибилоид не вшит. crazy
 
ХаггаДата: Среда, 17.05.2017, 11:58 | Сообщение # 105
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
ПРОШЛО ПОЛГОДА…

СПОРТИВНЫЙ КОМПЛЕКС«НУЖНИКИ». МОСКВА.

Залитый светом каток нарядно сверкал. Играла во всю мощь задорная музыка. Марысечка сидела на скамье
запасных, поглаживала свой округлившийся живот и наблюдала за родной парой.
Рядом сидел Кузьма Харитонович в зелёном спортивном костюме и Акакий Васильевич
без костюма. Бывший председатель колхоза коньки не уважал. Ему бы на санках...
Кузьма же, наоборот, проникся духом «тулупов» и «ласточек» на льду, так как
давно являлся страстным поклонником русского балета. Сам он на лёд не выходил,
ссылался на хрупкость суставов, но Апполинарию Семёновну поддерживал:
- Дорогая, вы так изумительны в позе «пистолет»! – восхищался он.
Акакий Васильевич считал увлечение «яркой и статной бабы», коей место на его огороде, блажью. Но блажью простительной.
- Бабьё! Чего с них взять? – спрашивал он Марысечку и вечного конкурента Кузьму. - Вот бывало у нас в колхозе... Приедет какая-нибудь городская фифа... Чтоб жареной картошкой с огурцами закусить, в обеих руках по
прибору имеет! Блажь? Блажь! Но ведь пьёт? Пьёт! Закусывает? Закусывает! Под
гармонь скачет? Скачет! Так какая разница, сколько у неё в руках приборов?
-Апполинария Семёновна, - кричал Витюнька, - давайте попробуем выброс, а?
- Я те щас попробую, я те щас... «Ласточка», и баста! Ну, может«пистолет» ещё...
Тёща хорошо помнила, как в прошлый раз любимый зять выкинул её за борт.Слава Акакию, среагировал и поймал...
- Я до сих пор с синяками! Хочешь, я тебе выброс сделаю? – подмигнула Апполинария Семёновна и резво прыгнула бедуинский.
- Маменька, вы такая озорница!
И парочка проскользила мимо группы поддержки: Витюнька помахал рукой, а Апполинария послала воздушный поцелуй. Кузьма бросился ловить маменькин чмок.
Акакий поглядел на конкурента убийственным взглядом. Хрюнделькова Марина
Яковлевна расплылась в улыбке.

СЕМЕЙНОЕ ГНЕЗДО ЧЕТЫКАНАРЕЙКИНЫХ.

... - Софи! Где мои ключи? –прокричал Аристарх Андреевич из коридора.
Софа, придерживая живот, встала и взяла искомое с тумбочки.
- Вот они, мой Рысик! – с улыбкой пропела она.
- Ты у меня самая лучшая женщина! – поцеловал Арик любимую на прощаниеи открыл дверь.
- Дорогой, не забудь быть дома в шесть.
Аристарх Андреевич проподнял бровь:
- Это ещё зачем?
- Мы же идём на концерт Орала Фаскова! Нас Модест с Клавдией пригласили. В программе четыре его песни. Ты совсем замотался со своей работой... Кроме своего «Канарфейса» ничего не помнишь, Рысик... – с укоризной
закончила она.
Рысик хлопнул себя по лбу:
- Как я мог забыть! Ведь Кобылин спас мне жизнь, а я не помню про его сегодняшний дебют!
Софа чмокнула мужа в губы:
- Для Модеста сегодня очень важный день...
Ровно в семь заедут Кобылины, и они спокойно могут выезжать в Кремлёвский Дворец Съездов, где Орал Фасков исполнит прекрасные песни на стихи
замечательного поэта Модеста Кобылина.
Софа и Клавдия сдружились сразу после инцедента с неудавшимся суицидом Аристарха. Потом
оказалось, что они обе в положении, и женская дружба раскрасилась новыми
красками. Софа ждала мальчика, а у Клавы была двойня.
- Буду ровно в шесть, - торжственно пообещал Аристарх Андреевич ивыскочил из дома.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ КЛИНИКА "ОЛИМП". ПАЛАТА №3

«...Он устало откинулся на спинку кресла. В комнате царил полумрак. Единственная свеча почти догорела.
Так, как догорает чья-то жизнь. Иногда ярко вспыхнув, а подчас долго тлея.


ЭПИЛОГ

Ты скажешь, эта жизнь – одномгновенье,
Её цени, в ней черпай вдохновенье.
Как проведёшь её, так и пройдёт...
Не забывай, она – твоё творенье.

Омар Хайям»
Боря напечатал слово «Конец» и цифры текущего года.
- Всё... – тихо сказал он сам себе, - действительно всё.
«Вот и молодец! - раздался в голове голос Повелителя. - Хвалю... А то «не буду, я уже не писатель, я вообще никто...»- передразнил он слова Бори, прозвучавшие полгода назад.
- Спасибо папе, – откликнулся Козликов и погладил свой ноутбук по серебристому корпусу.
Вернувшийся из заграниц папаня сразу
же примчался в клинику. Внутри Бориса, как только он узнал о визите родителя,
всё съёжилось от дурных предчувствий: ох и вставит ему папа за СИЗО, за «Олимп»
и за Институт Социальных Исследований вкупе с Битцевским парком. Но отец только
грозно поглядел на сына и протянул сумку с ноутом:
- На!
- Не надо, пап... Не получилось у
меня стать писателем, – горько отмахнулся сын.
- Чего бы ты не делал, надо идти до
конца! – услышал младший Козликов. - Возьми и допиши то, что начал. Потом
можешь поставить галочку: писателем был, не моё, всё.
- Да я и так уже это знаю... –
возмутился Боря, на что отец, потрепав чёрные патлы сына, ответил:
- Допиши. Потом, на досуге, если
вдруг захочешь снова стать кем-то не тем, сядешь и почитаешь.
«Это да... Папе большое спасибо, - согласился Повелитель. - В данной истории поставлена жирная точка. Что теперь делать будешь?»
- Есть у меня одна мысль, Князь...
«Хорошая мысль. - Согласился Повелитель, как всегда прочитав сокровенное в голове Козликова. - Самое главное, что она – твоя».
- Князь,а Князь... – смущённо позвал Борис своего Повелителя.
«Да, раб Боря...»
Козликову почему-то показалось, что
голос произносил это «да, раб Боря» с доброй, всепрощающей улыбкой.
- Неважно кто ты: Сатана, Бог, то и
другое вместе или просто игра воображения... Но творец сюжетов и кладезь идей
ты гениальный. – Улыбнулся Боря. - Герой понял, преобразился, и теперь будет
слушаться себя самого, а не Татьяну Мироновну, отца или Сатану. И ещё сейчас он
знает, как бороться с антагонистом в самом себе...  Тему ты всё-таки раскрыл, Князь, спасибо... – произнёс он, краснея. - Жаль, что обнять тебя не могу. Нельзя карманной карте
обнять Вселенную...
 
ХаггаДата: Среда, 17.05.2017, 12:02 | Сообщение # 106
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
ПРЕСС-ЦЕНТР БЕЛОГО ДОМА. ВАШИНГТОН.

Пресс-конференция Президента Соединённых Штатов Америки затянулась. Журналисты не отпускали главу
Белого Дома.
- Как вы прокомментируете устойчивые слухи о Вашем скором разводе?
Джордж Вош расхохотался:
- Это только слухи, уверяю вас! Все наши разногласия с госпожой Лорой Вош давно урегулированы на самом высшем политическом, экономическом и научном уровне!
Стоящий за колонной человек в штатском, но с видимой невооружённому глазу военной выправкой, многозначительно усмехнулся: «Работает!». Донки наклонился к уху рядом стоящего губернатора Калифорнии и горячо прошептал:
- Как выводит, а?!
- Как миленький! – ответил Арни. - Шеф, может ещё Кондофизе чего-нибудь вживить?
- Этой-то зачем? – искренне удивился генерал.
- Она на меня смотрит подозрительно... С этаким нездоровым интересом...– скривился Арни. - Заслать бы её налаживать контакты с каким-нибудь племенем
тумба-юмба, – мечтал он, - вечным послом...
Генерал Донки почесал затылок:
- Я подумаю...
- И это... За Силвестра-то похлопочите, а? – жалобно взглянул на генерала Арни, теперь уже мистер Арнольд – губернатор Калифорнии. - Он же
внимание от меня отвлекал. Прикрывал... Группа поддержки...
Донки насупился:
- Он там наподдерживался! Пол-Плесецка до сих пор считают его великимкам... ля... тьфу, шаманом!
- Ну, шеф...
- Никаких «Ну, шеф...»!!! Вон, пусть дубасит всех в голливудских фильмах! Это у него хорошо получается!
Арни горько вздохнул и решил попытать счастья в следующий раз, когда страсти по другу, что самотверженно прикрывал его зад в российской глубинке, утихнут.
- Господин Президент! – задавал свой вопрос очередной журналист. - Что вы можете сказать о давно возникшей проблеме медицинского обслуживания в Соединённых Штатах Америки?
- Да, это проблема... – ответил Джордж Вош. - Слишком много докторов уходят из бизнеса... Слишком много гинекологов не имеют возможности заниматься своим любимым делом с женщинами по всей стране...
Генерал Донки склонился к уху Арни:
- По-моему, с потенцией мы всё-таки переборщили...

ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ. ГЛУБОКАЯ НОЧЬ.

- Что же теперь делать? Президента США нам точно
не достать! – вспотев от волнения, спрашивал профессор Харин.
Вениамин Шуткин и Понюшкин пожали плечами.
- По крайней мере, мы знаем, где наш прибор! – оптимистично ответил Костик.
- Да-да, - поддержал Вениамин, - можно потом провести мозговой штурм и
придумать решение. А сейчас давайте всё-таки испытаем это чудо техники! –
кивнул он на ящик с множеством сателлитовских антенн.
Спецкору не терпелось сделать репортаж-бомбу. Про ДИБИлоид и машину времени
он обещал молчать и молчит. Уже полгода молчит, что просто подвиг для
репортёра! Он не дурак, и понимает необходимость этой секретности, понимает,
что подведёт профессора и его помощника, если откроет рот. Но они ему тоже
обещали!
Надежда мировой науки тряхнул головой:
- Ладно. Погнали?
- Погнали! – хором ответили Костик и Веня.
Ящик загудел. Полгода назад учёные послали в направлении пояса Ориона приветственное
послание. Вычислив время доставки сообщения, Харин и Понюшкин стали ждать. По всем
расчётам, если там есть разумные существа, ответ должен был поступить на днях.
- Афанасий Гурьяныч! – оторвал свои квадратные глаза от компьютера
Понюшкин. – Идёт сигнал…
Профессор с Вениамином бросили разглядывать гудящий ящик и полетели к
Косте.
- Расшировывай!
Костик пробежался по клавишам компьютера и завороженно прочитал:
- Привет, землюки!

КВАРТИРА БАБКИ ВАСИЛИСЫ.

- Ну чего там, Макаровна, началось что ля? – шумно хлебая чай из блюдца, спросила Василиса. - Что ж там с
Марианной-то?
- Не бойся, жить будет, – зевнула
Роза Пална. - Это только сто двадцатая серия, а говорили будет триста.
- А вдруг она в больнице? Кома али
ещё чего страшное? – не сдавалась бабка Вася.
- Страшнее свадьбы с доном Костильо
ничего и быть не может, - встряла Макаровна. - Он мне так моего второго мужа
напоминает! Настоящий деспот!
Роза Пална со вздохом посмотрела на
уставившихся в телевизор подружек и засобиралась:
- Пойду я...
- Куда? – хором заволновались бабки.
- Сейчас же...
- Что мне эта Марианна? – усмехнулась счастливой улыбкой Роза. - У меня теперь свой сериал.
- Велик, что ль? – хохотнула Василиса. Они с Макаровной до сих пор не могли принять Велимира Фокусова и
откровенно недолюбливали мужа Розы. Но той было наплевать на отношение подружек
к любимому:
- Не Велик, а Велимир. Ну, на худой конец, Владимир, – поправила она, встала и сладко потянулась. - Пойду, пирожки
ему напеку... Вы знаете, как он любит мои пирожки?
Егоровна с Макаровной дружно скривились.
- А уж когда наестся, подобреет, осоловеет... так меня ласково... – продолжала Роза, как тут обе подруги не
выдержали:
- Иди уж!
- Джульетта, рожа коромыслом...
- А хоть и коромыслом, но любимая... – не повелась Пална и, выходя из кухни, озорно показала бабкам язык.
- Позор! Женщина за шестьдесят, а вытворяет... – зашлась Василиса, как только закрылась за Розой дверь.
- Страсть какая... – вторила ей стоявшая у окна Егоровна, провожая подругу завистливым взглядом. Та шла,
напевая что-то себе под нос и, словно девочка четырнадцати лет, ловко
перепрыгивала лужи.
 
ХаггаДата: Среда, 17.05.2017, 12:06 | Сообщение # 107
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
«МЕРСЕДЕС» СТАРШЕГО КОЗЛИКОВА.

... – Мало мне одного шизофреника, – возмущался Александр Иванович, - он ещё и спутницу жизни себе из
психушки подобрал! Зачем тебе эта Пенелопа? Я тебе столько таких «пенелоп»
достану! Красавиц, умниц, с образованием, воспитанием и без всяких там...
синдромов! Чего ты к ней прилип, остолоп ты, остолоп?
Борис сидел рядом с отцом и с огромной радостью вглядывался в пробегающие за окном автомобиля виды родной
Москвы. Он не видел этих проспектов, этих высоток, этих рекламных щитов и этих
пробок полгода. То, что рядом упражнялся в изысканных выражениях папаня, его не
волновало. А как отец должен был среагировать? Ясный пень, поорать немного. Но
Пенелопа, то есть Светик, ему всё же понравилась. Боря чувствовал. Александр
Иваныч ни одного матерного слова в свой поток метафор не ввернул. И... Разве
может эта ласковая улыбчивая девушка кому-то не понравиться? Сама теплота,
нежность, беззащитность...
- То, блин, плачет, то танцует, то на подоконнике скукожившись сидит... А если она так и будет этого сраного Одиссея
ждать всю жизнь? А? – ткнул сына локтем папа Козликов. Борис очнулся от дум:
- Есть надежда, па... Лев Моисеевич сказал, что уже наметился сдвиг. Я же к ней каждый день ходил... И она уже меня
узнавала. Меня лично. Правда, я у неё то Одиссей, то Боря, то Борисей... Вот
буду продолжать навещать её каждый день – через полгода можно будет делать
выводы, наметить дальнейшее лечение.
- Вот ведь косая крыша! – Сплюнул Александр Иванович. - Ладно, ходи. Шиза так и не прижилась. Посмотрим, сколько
ты из себя больного целибатом строить будешь.
Боря сладко вздохнул: «Ты ничего не понимаешь, папа...»
Они немного помолчали. Сын - улыбаясь
чему-то своему, отец – сдвинув брови и качая головой. «Мерседес» прочно застрял
на Ленинградке, из динамиков орало «Авторадио», в машине, стоящей слева,
возложив пальцы на руль, красила ногти девушка приятной наружности, а в машине,
стоящей справа, дремал замученный экселем, аськой и мессенджером «офисный
планктон».
- Завтра жду тебя в офисе, – почти спокойно проговорил отец. - Буду вводить в курс дел.
- Не жди, па... – тихо сказал Борис. - Я не гений... и не писатель... Но...
- Чего опять? – возмущённый отец хлопнул себя по ляжкам.
- Я пойду своим путём. Хочу открыть издательство.
Александр Иванович как-то странно
хохотнул, потом сложил губы бантиком, растянул их снова и открыл рот,
намереваясь что-то сказать, но слов не нашлось.
- Я уже всё продумал, па...
- Зря из больницы уехали, – после долгой паузы просипел отец. - Шиза заразная? Не знаешь, Борисей ты мой?

ДОМ АБРАМСОНА.

- Глашенька, - позвал жену Лев Моисеевич, распечатывая бутылку коньяка, презент отца Бори Козликова, - выпьешь
со мной чайку?
Улыбающаяся Глафира Аркадьевна выглянула из кухни:
- С коньяком поди?
- Для сосудов, Глаш... И потом... Есть повод!
- Какой?
- Ровно четыре месяца, как мы женаты, любовь моя!
- Нет, Лёвушка... Я думаю, повод
будет другой, - ласково проговорила Глафира, выходя к мужу в гостиную.
- Да? – оторопело промямлил Абрамсон. - Неужели?
- Неужели, – подтвердила бывшая ассистентка.
- Третья неделя. И праздновать с коньяком будешь только ты.
- Любимая... – прошептал Лев
Моисеевич и бросился целовать жену.
- Я уж и не надеялся на то, что у
меня когда-нибудь будут дети! – горячо шептал он, кружась с супругой на руках.
- Мне 55 и я буду-таки отцом!!! Господи, как я счастлив!!! Дорогая! Любимая! Родная!
Глаша спрятала лицо на груди мужа и
украдкой вытирала слёзы радости: «Ты не знаешь, родной мой, как счастлива я...»

ВЕТХОЕ РАНЧО ГДЕ-ТО В ЗАХОЛУСТЬЕ. АМЕРИКА.

Бывший агент Хопп валялся на диване и смотрел телевизор. Шла пресс-конференция Президента.
- Что с вопросом о дополнительном финансировании американского контингента в Новой Каледонии? – бойко кричал увешанный аппаратурой и бейджиками корреспондент.
Джордж Вош опустил глаза и вздохнул:
- Мы сделаем всё необходимое, чтобы наши войска имели всё необходимое для необходимого выполнения их задачи. Поэтому я пошёл в Конгресс и предложил фундаментальное финансирование, то есть деньги на броню и на запчасти тела, на
амуницию и горючее...
Боб застонал...
- Вы считаете, что сильная армия – это и есть сила Америки?
- Настоящая сила Америки находится в сердцах и душах тех людей, которые хотят любить их соседа так же, как им нравится любить самого себя!
Бывший агент горько ухмыльнулся и щёлкнул пультом дистанционки. «Идиот!» - высказался он про
Президента и потянулся за корреспонденцией, лежавшей на столике. Раньше руки не
доходили до прессы, а теперь... Теперь – вынужденная пенсия. Что ещё делать?
Боб развернул газету:
«Система спутниковойсвязи ORBCOMM... объявила на своём сайте в Интернете одостижении соглашения с корпорацией «Вери Чип», дочерней компанией фирмы
«Цифровые прикладные решения», по предоставлению «услуг спутниковой связи для
приложений, работающих с первым в мире имплантируемым чипом радиочастотной
идентификации (RFID)»

...Администрация попродуктам питания и медикаментам (США) выдала решение на рыночное продвижение
«Вери Чипа»...

Департамент здравохранения и социальных услуг США объявил грант в 139 миллионов долларов на
реализацию плана Президента по переходу на электронную форму записи сведений о
здоровье (имплантацию чипов)».*

Боб Хопп в глубоком отчаянии уронил голову: «Афоня, прости...» - подумал бывший агент, встал, прошёл к зеркалу и со всего маху врезал себе в челюсть.

ПСИХИАТРИЧЕСКАЯКЛИНИКА «ОЛИМП». ПАЛАТА № 9.

- Слава Богу! Уснули! – прошипел Пыжиковский и полез под матрас. Выудив оттуда засаленный блокнот и огрызок
карандаша, он ещё раз оглянулся по сторонам.
- Кровать Йоси подозрительно скрипит... Мокрухин, сталинский задоподдуватель,
тудыт-растудыт, вздыхает... В коридоре кто-то ходит...
Терентий выждал ещё  минут пять.
- Вроде тихо... –сказал он себе под нос и, подвинувшись ближе к зарешеченному окну, откуда падал
лунный свет, старательно стал выводить карандашом в блокноте:

БИБЛИЯ.

НОВЕЙШИЙ ЗАВЕТ.

АВТОР: Терентий Пыжиковский, Божий сын.

Глава первая.

Вначале было папенькино слово...

2008 – 2015
 
НессиДата: Среда, 17.05.2017, 12:23 | Сообщение # 108
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Мир так и не удалось спасти? alik
 
ХаггаДата: Среда, 17.05.2017, 12:40 | Сообщение # 109
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Цитата Несси ()
Мир так и не удалось спасти?
 Оставила конец открытым немного. Может, на вторую часть сподоблюсь)))
 
НессиДата: Среда, 17.05.2017, 12:43 | Сообщение # 110
Активист клуба
Группа: Модераторы
Сообщений: 7189
Награды: 91
Статус: Offline
Цитата Хагга ()
Может, на вторую часть сподоблюсь)))

Жду с нетерпением. Может командос бабок подключить к спасению мира.
 
ХаггаДата: Суббота, 20.05.2017, 12:51 | Сообщение # 111
Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 10258
Награды: 235
Статус: Offline
Роман полностью выложен, но я половину потом уберу. Когда будет готова электронная версия. Дам ссыль на неё в этой теме, если кто захочет потом читать.
 
joybellyДата: Четверг, 25.05.2017, 08:51 | Сообщение # 112
走高
Группа: Модераторы
Сообщений: 18861
Награды: 322
Статус: Offline
Я люблю такие открытые финалы. Вот написали продолжение Унесенных ветром и все испортили!

Обрадовались тогда буржуины, записали поскорее Мальчиша-Плохиша в свое буржуинство и дали ему целую бочку варенья да целую корзину печенья.
Сидит Мальчиш-Плохиш, жрет и радуется. ©
 
Дом Культуры » Авторские студии » В гостях у Хагги » Повести и романы » Дьявольский роман (Последняя редакция)
Страница 4 из 4«1234
Поиск:

ДК Хагга-Град © 2017